Июнь 2011
Сказки шамана Пойгу. Первая.
Однажды в светлом сосновом бору, что шумит на высоком берегу могучей северной реки жили два друга – рыжый Заяц и белый Лис.
Лис тогда как человек был. В белой шубе ходил. В сапогах со шпорами.
А Заяц то – дикий. Мохнатый. По лесу скакал. Быстро. По пенькам стучал. Громко.
Как то раз пошли друзья в деревню. За курами.
А Куры веселые оказались, на стол накрыли.
Хорошо погуляли друзья. Заяц спать лег. Устал.
А Лис все между кур. Одна – черная, другая – белая, третья – рябая, а четвертая под потолком на жердочке сидит – мерещится.
Хорошо Лису. Уютно. Одна на ухо кудахчет – какой Лис сильный, другая – какой Лис богатый, третья – какой Лис красивый. Только шуба у Лиса зря белая. Некульно!
Возьми, говорят, примерь заячью шубку. Рыжую.
Не утерпел Лис, одел заячью шубку. А куры – wAw! wOw! cOOL!
Так обрадовался Лис, что решил по лесу пройтись. Себя показать. Всем. Пока заяц спит.
А Заяц проснулся. Глядь – и Лиса нет, и шубы рыжей тоже.
Что делать? Накинул Заяц белоснежную лисью шубку. А как глянул на себя, так и обомлел от эдакой красы!
Заяц! да ВЕСЬ В БЕЛОМ!
Выскочил он в окно курятника да и был таков.
Теперь зимой щеголяет Заяц в белой шубке. А летом ее под корягу прячет. Так ходит. Жарко.
С тех пор и гоняется Лис за Зайцем. Хочет шубку свою назад вернуть.
Слишком ярко рыжим быть. В лесу все издалека видят.
Да поздно уже….
Нечего было Кур всяких слушать.
А сапоги со шпорами Куры стащили. Петуху своему.
(c) Рустем Амиров
Про Степана-гулёну и невесту Алёну.(Про Бабку Ёжку и Крота немножко)
По дороженьке лесной шёл с войны солдат хромой.
Получил за подвиг крест и ползёт из дальних мест.
Тащит к дому свой трофей,торбу лыка для лаптей.
И награду от начальства за раненье-пять рублей.
Звать Степан. Домой хромает. Браво песни распевает.
Издержался по пути. Денег – йок,домой нести.
Вдоль по тропочке лесной пробирается домой.
Только вышел на поляну, глядь – картина Левитана!
Бабка Ёжка посреди, с длинной ёлкой на груди.
Ветром ёлку повалило.Ель старуху придавила.
Вот старуха голосит: «Ты солдат меня спаси!
И спасай меня скорей! Дам в награду сто рублей!»
Пять минут и ёлка та бултыхается в кустах.
Вот Бабуля на свободе. Отряхнулась. Цела вроде…
Дал Степан водички ей. Заработал сто рублей.
И в довесок медный грош. Хоть и мал,но как хорош!
И блестит и звенит, Стёпе душу веселит.
А Яга бухтит Степану: «Не теряй монету спьяну.
Кто волшебный грош возьмёт,тот в беде не пропадёт.
Коль получишь этот грошик, станешь сильный и хороший.»
«Хвори все излечишь разом. Тиф, холеру и проказу,
Менингит,запой, ячмень и другую дребедень».
Попрощался он с Ягой и продолжил путь домой.
Хромота исчезла сразу! Надо выпить против сглазу…
В шапке денежки опять. Как бы их не растерять?
По пути трактиров много. Мимо них бежит дорога.
Чёрт шепнул: «В трактир зайди…чарку водки пропусти…»
А потом уж где попало…Сто рублей в конце не стало.
Детям я хочу сказать: «Тут пример не надо брать».
Наконец дополз до дома. Вся окрестность здесь знакома.
Шапку сняв, в село вошёл и вздохнул: «Домой пришёл…
Здравствуй Родина моя…Не признала.Стёпка я!»
Шёл и плакал по двору и ногой задел дыру.
На коленочки упал. Грошик звякнул…и пропал.
Поискал в карманах — нету. Всё понятно, выпал где-то.
Были грош и сто рублей. Стал он нищего бедней.
4Вот заходит он домой. Грусть такая — волком вой.
Да не время лоб чесать, нужно деньги добывать.
От досады на заборе стал он чёрта рисовать.
Злость прошла как дождь грибной. Выход в ум пришёл такой.
Вспомнил дырку во дворе. Поискать бы в той норе!
Что бы грошик свой вернуть, в норку он решил нырнуть.
Лезет вглубь, всё ниже, ниже, оказался не в Париже,
Не в купеческой палате, у Крота слепого в хате!
Темнота,хоть глаз коли…Два крота живут внутри.
Дедко Крот,его Кротиха. Старики. Хлебнули лиха.
Бедным некому помочь…И вообче – сплошная ночь.
Крот с испугу нервным стал: «Не пущю, мол!..Не прибрал!..»
На Кротиху бросил гнев и ворчит: «Не дом, а хлев!»
Мол, живёт с неряхой в доме, как скотина на соломе.
После Стёпе говорит: «Ты здесь парень прибери.
Мусор с полу-то собрал бы, может грош и отыскал бы.
Пыль совочком собери, камни в сумку забери.
Может быть на что сгодятся, там при свете посмотри.»
Стёпа быстренько убрал, вымел, камешки забрал.
Тут и грошик отыскался, будто Стёпу ожидал.
Он прощается с кротами. Грязный, лезет вверх с камнями.
И про грошик не забыл, всё до дома дотащил.
Здесь соседи крик подняли, будто чёрта увидали.
Разошлись уже потом, как унёс он камни в дом.
Высыпает камни грудой. Глядь: рубины, изумруды,
Аметисты, бирюза. Так блестят-болят глаза.
Тут солдат заматерел. В миг один разбогател.
Новый дом купил в слободке и женился на молодке.
Звать Алёнкой. Из села. И пригожа,и бела.
Через год Степану разом дочку с сыном родила.
Я на свадьбе их гулял, только время потерял.
Так как сбоку, с вилкой – ложкой, красовалась Бабка Ёжка!
Всем грубила за столом и махала помелом.
На столе плясать рвалась, уронила блюдо в грязь.
И ко многим приставала: всё ей выпить было мало.
Убралась она к утру спать в собачью конуру.
Нашу Жучку отвязала (та со страху в лес сбежала).
И храпела на весь двор, выставляя свой позор.
Впрочем ей и горя мало, только щёки раздувала.
Нет воспитанных манер. В общем, всем плохой пример.
Все гуляли до упаду, отдохнуть и детям надо.
Про солдата-молодца можно баять без конца.
Сон летит к ребятам малым, им споёт что после стало
И придумает конец…А кто слушал-МОЛОДЕЦ!
(с) Яков Будин
